Свой среди чужих  - Виктор Тюрин

Давно отгремела Вторая мировая война, а я все мотался по миру, развивая и укрепляя транснациональную компанию, которую мы создали вместе с бароном Арнольдом фон Боленом. Мы занимались всем. Металл и нефть, финансы, оружие – все входило в сферу наших интересов. Наивысшей точкой нашего подъема стали 1960-е годы. Именно тогда Африканский континент стал одной громадной горячей точкой. Рухнули колониальные режимы, хоть как-то сдерживавшие межплеменные противоречия, и Африка погрузилась в бесконечную череду войн, государственных переворотов и революций. Десятки чернокожих лидеров и вождей рванулись к власти, а так как они не знали другого способа, кроме как вооруженный переворот, то мое появление в качестве профессионала и продавца оружия им пришлось в самый раз. В прошлой жизни, около пятнадцати лет, я служил наемником на черном континенте, где научился неплохо разбираться в психологии местных претендентов на президентское кресло, что теперь давало мне немалое преимущество в борьбе с конкурентами. Если к этому добавить отличное знание почти любого вида оружия, а также личное мастерство, которое я демонстрировал на испытательных полигонах, то спустя какое-то время мы стали одним из крупнейших поставщиков оружия на рынки Азии и Африки. В качестве оплаты мы получали лицензии на разработку месторождений золота, алмазов, газа и нефти, после чего я уходил в сторону, предоставляя организацию производства барону и двум его взрослым сыновьям.

Мы не только поставляли оружие, но и людей, умевших держать его в руках, создав частную военную компанию. Лично мне довелось участвовать в подготовке нескольких переворотов, а также в уничтожении парочки зарвавшихся президентов, которые, не желая платить деньги, в одностороннем порядке попытались разорвать с нами контракты. Одно время я снова начал коллекционировать ордена, но потом посчитал это мальчишеством и бросил. Несколько раз за эти годы я был на волосок от смерти, но судьба хранила меня.

Следующим шагом в развитии нашего бизнеса должен был стать компьютер. Только мне было известно, как он изменит мир, поэтому я считал, что только наша компания должна стать вместе с американцами у истоков его создания. Именно поэтому уже год, как старший сын барона жил в Америке, занимаясь внедрением в эту отрасль промышленности. Немалый доход нам с Арнольдом приносила торговля картинами и антиквариатом, но теперь она уже представляла собой далеко не самую доходную статью в нашем бизнесе.

За все это время я ни разу не был в Советском Союзе, так как считал, что все хорошее заключалось в том времени, когда я был студентом, а также в двух моих друзьях. Вот только дело в том, что именно их война как раз и не пощадила. Судя по тому, что мне удалось узнать из многочисленных запросов в военные архивы: Саша Воровский погиб где-то в Германии за два месяца до окончания войны, а Костик пропал без вести во время нашего наступления в Венгрии. Правда, спустя многие годы мне пришлось убедиться в одной истине: от прошлого так просто не уйдешь, надо будет, оно само тебя найдет.

Пять минут неспешной ходьбы отделяли меня от моего любимого кафе, в которое я заходил каждый раз, будучи в Париже. Отличный кофе со свежевыпеченной сдобой, рюмка коньяка и прекрасный вид на Эйфелеву башню – что еще нужно человеку для того, чтобы отдохнуть душой после успешных, но при этом очень напряженных переговоров? Если к этому добавить щедрое июньское солнце, цветочный аромат и женские кокетливые улыбки, как бы намекающие на успех возможного свидания, то можно сказать, что мое настроение приближалось к состоянию полной идиллии. В этот самый миг меня неожиданно окликнул женский голос:

– Костя?!

Голос был мне знаком, и я повернул голову в его сторону, а уже в следующую секунду резко остановился, словно наткнулся на невидимую стену, и удивленно уставился, как до сих пор считал, на тень моего прошлого. На скамейке сидела… Таня с маленькой девочкой, лет трех, которая с явным удовольствием уплетала мороженое. На коленях ребенка, чтобы не запачкать платьице, лежала большая салфетка с вышитым на ней смешным медвежонком. Несколько мгновений я просто не мог поверить своим глазам, так как эта встреча больше походила на чудо. Если бы мы встретились в Москве, это было вполне объяснимо, но в Париже…

– Как вам сказать, мадам. М-м-м… С одной стороны, вы меня должны знать, но с другой стороны, я теперь совсем другой человек, которого сейчас зовут Александр. Теперь, может быть, вы представитесь?

– Меня, как и раньше, зовут Татьяна, только фамилия другая, месье Александр. А история моего появления здесь проста, – и она коротко рассказала, как оказалась во Франции.

Встреча с ее будущим мужем произошла в один из дней проходящего в Москве Всемирного фестиваля молодежи и студентов в 1957 году. Таня входила в состав группы добровольцев-переводчиков, работавших с иностранными делегациями. Ее будущий муж был одним из руководителей французской делегации. Он полюбил русскую красавицу с первого взгляда, а спустя несколько дней сделал ей предложение. Она, смеясь, сказала, что подумает, но спустя три месяца настойчивый француз снова приехал в Москву, с новым предложением руки и сердца. В этот раз она не смогла ему отказать.

– Вот и вся моя история. А как вы здесь оказались?

Несколько секунд ушли на раздумье: врать или нет? Все же решил сказать правду.

– Если коротко: остался и не стал возвращаться на родину. Неплохо устроился и живу себе помаленьку.

– Знаете, Костя, прожив во Франции четыре года, я теперь совсем по-другому смотрю на жизнь. Мир, до этого казавшийся черно-белым и разделенным надвое, оказался совсем не таким, как я когда считала. Он на самом деле многогранный и яркий… – начав высказывать свои мысли, она неожиданно смутилась и несколько секунд молчала, а потом поменяла тему: – Вы живете здесь? В Париже?

– Нет. Здесь я… скажем так, по делам фирмы.

Если она ожидала от меня истории жизненного пути, подобной тому, что рассказала мне, то я ее разочаровал.

– Извините меня, Таня. Рад был вас увидеть, но надо идти. Дела.

– Знаете, Костя, а я вас ждала. Думала, вы найдете меня, когда закончится война, – вдруг неожиданно сказала она.

– Даже не знаю, что вам ответить на ваше столь неожиданное признание. Надеюсь, что сейчас вы уже нашли душевное спокойствие, – при этом я выразительно посмотрел на ее дочку.